b121b8da     

Бианки Виталий - Как Я Хотел Зайцу Соли На Хвост Насыпать



Виталий Валентинович Бианки
Как я хотел зайцу соли на хвост насыпать
(Рассказ корабельного механика)
Когда я был маленький, я думал: вот бы попасть в такую страну, чтобы ни
птицы, ни звери меня не боялись. Бежит, например, заяц. Я ему кричу: "Зайка,
зайка!" Он и остановится. А я его поглажу - ну, беги дальше!
А если волк... Ну, так я крикну: "Уходи, уходи прочь!" И он - во все
лопатки. И чтоб к птице можно было подойти и разглядеть её.
А то чижика какого-нибудь иначе как за двадцать шагов, да ещё сквозь
ветки, и не подсмотришь - не подпустит. Чего там чижика, когда кошку чужую
на лестнице не погладишь: она сразу спину дугой, хвост трубой - прыск,
прыск! - и на чердак... А по лесу идёшь, так будто и никакие звери там и не
живут, - все от тебя прячутся и притихнут. Один раз белку видел - и то
только хвост. Может, и не белкин.
Я больших спрашивал, - есть ли такие места где-нибудь, чтоб звери к
себе подпускали? А большие только смеялись и глупости говорили: "На вот,
возьми соли, насыпь зайцу на хвост, тогда он тебя и подпустит".
И так было обидно! Я вырос, а обиды не забыл, но уж надежды подманить
зайца у меня, конечно, не осталось. Я уже моряком стал, пароходным
механиком. Попал как-то на китобойный корабль.
Киты, конечно, от нас удирали полным ходом. И было отчего: мы их из
пушки били. Ядром. А впереди ядра приделана пика: называется гарпун. А от
пики идёт к пароходу верёвка.
Но я смотреть на это не любил. Да и смотреть не на что было: сверху
небо, внизу вода, а по воде лёд. Мы всё время плавали в холодных странах.
Раз поднялась буря. Нас куда-то понесло. Я всё у машины сидел и не
спрашивал, где это мы плывём.
Вдруг как-то слышу - наверху все кричат:
- Земля! Трава, зелёная трава!
Я не поверил и выскочил на палубу. Смотрю, верно: берег, на нём зелёная
трава, горы, на небе солнышко. Всем стало очень весело. Даже петь начали.
Капитан остановил пароход, и все стали проситься на траву погулять.
Мы выехали на лодке на берег - и давай бегать по траве. Я ушёл совсем
далеко за холмы, а когда устал, лёг посреди луга.
Вдруг смотрю - что такое? Беленькое что-то. Я привстал. Смотрю: зайчик.
Весь белый, настоящий зайчик.
"Смешно! - подумал я. - Зелёная трава, а заяц белый. У нас зайцы серые
летом бывают".
Я боялся шевелиться, чтобы не спугнуть зайца.
Гляжу: и другой выскочил. А вот их уже три. Фу ты! Уже десяток!
Я устал неподвижно сидеть и шевельнулся. Зайцы посмотрели на меня и
поскакали, да не от меня, а ко мне!
Что за чудо: обступили - их уже с сотню было вокруг меня - и
разглядывают: что я за диковинный зверь такой?
Я двигался как хотел. Даже папиросу закурил. Зайцы на задние лапки
становились, чтоб меня лучше разглядеть.
Мне так весело и смешно стало, что я начал с зайцами говорить:
- Ах вы, шельмы! Да в самом ли это деле? Да неужто это бывает, чтобы
зайцы не боялись? А вот я вас сейчас напугаю!
Зайцы только посматривают, ушками потряхивают.
- Да я вас из ружья сейчас!
Нарочно я: ружья-то у меня никакого не было.
Я как хлопну в ладоши, да как крикну: "Пиф! паф!"
Зайцы подскочили. Наверно, удивились. Вот чудак какой! Но никто не
побежал, а просто травку стали щипать - тут же, рядом со мной.
Теперь вот, если б была соль, можно б каждому на хвост насыпать.
Тут я хватился: на пароход, пожалуй, пора.
- Ну, - говорю, - прощайте, храбрые зайчишки!
И зашагал.
Смотрел только, чтобы на зайцев не наступить.
А куда идти? Где пароход? В какой стороне? Совсем забыл!
Впереди были горы. Дай, думаю, за



Назад